Представим себе гору выше Эвереста в 10 раз. И начнем подъем.
Тех, кто по каким-то причинам решил начать восхождение изначально много. Причины, побудившие начать путь, не важны.
Поднимаясь, людей будет оставаться все меньше и меньше. Кто-то остановиться на 100 метрах, кто-то на 1 км, кто-то пойдет обратно вниз — не важно. Не нужно никого ни удерживать ни тянуть. Каждый сам решает, где предел его возможностей.
Поднимающийся не будет видеть тех кто остался у подножия, спустился или плетётся следом. Он будет видеть только тех, кто рядом или поднялся выше.
И так же пусть люди ведут себя как хотят. Кто хочет быть альтруистом — пусть помогает другим, кто хочет быть эгоистом — пусть поднимается сам. Это не важно.
С какого то момента, для каждого он свой, встанет выбор — идти самому или помогать другим. А с какой-то высоты можно уже не вернуться. И это не важно.
Нельзя только одного. Повиснуть на ком-то и заставить, уговорить его тащить в гору себя. Это не по правилам и не спортивно. Здесь нужна дисквалификация такого, будем говорить спортсмена, и спуск его вниз. Допустим на санках.
Пусть едет под действием сил притяжения до равнины. И живет там, в обществе, социуме — где угодно. Может даже рассказывать другим равнинным людям — какой великий поход он совершил и скольким людям помог подняться. Это можно. На равнине можно все — ничего не запрещено.
И так: цель — вершина 100 км горы. Задача — осуществлять подъем или помогать другим это делать.
Правила: делать это самому — лично, а не поручать кому-то, ни за кого не цепляться и не ехать на чужой шее